В Сочи разгорелся очередной скандал на почве подготовки города к Олимпийским играм 2014 года. На сей раз жертвой Олимпиады пал Лазаревский район: здесь намечено разместить самый опасный из всех объектов, строительство которых предусмотрено олимпийской программой — полигон для захоронения твердых бытовых отходов (ТБО). Поскольку все той же олимпийской программой предусмотрено закрытие и рекультивация городской свалки в Адлере, куда с середины прошлого столетия свозились отходы со всего Большого Сочи и где ситуация стала катастрофической, потребовалось срочно изыскивать место для обустройства новой свалки.
Вообще-то, когда Сочи еще только претендовал на проведение Олимпийских игр-2014, оргкомитет “Сочи-2014” клялся и божился, что к заветной дате в городе будет реализована “инициатива 3R” — Reuse, Reduce, Recycle (повторное использование, сокращение объемов, переработка), которая лежит в основе концепции управления отходами “Zero Waste” (“ноль отходов”).
Воплощение в жизнь “инициативы 3R” — едва ли не основное требование Международного Олимпийского Комитета к городам-претендентам, помимо собственно, обязательств построить спортивные сооружения.
Система Zero Waste с пометкой “Made in Russia” началась с того, что в программе мероприятий по экологическому сопровождению подготовки к Олимпийским играм-2014, принятой федеральным правительством (Постановление Правительства РФ №1485-р от 13.10.2008г.), все вопросы, связанные со сбором ТБО и последующим его “обнулением”, были целиком переложены на администрацию Краснодарского края. Предыдущие инициативы этой администрации в области управления отходами, например, крупномасштабная афера с краевой целевой программой “Отходы”, на которую было выделено больше 300 млн. бюджетных рублей, значительная часть которых была разворована, окончились весьма печально.
На “дубль два” в казне потребуется изыскать уже почти пять миллиардов рублей. В полтора миллиарда там оценили строительство полигона ТБО, еще примерно во столько же обойдется комплекс по сортировке мусора. И еще больше миллиарда рублей выделено на одну только разработку некой “генеральной схемы очистки Сочи”.
Никакой схемы, однако, в общедоступном виде до сих пор нет. А из правительственной программы мероприятий по экологическому сопровождению Олимпийских игр в Сочи о системе “ноль отходов” мало что можно понять: в документе фигурируют лишь размытые формулировки вроде “широкого вовлечения общественности в процесс раздельного сбора мусора”.
Даже не попытавшись наладить хоть какой-нибудь, даже самый элементарный раздельный сбор бытовых отходов (хотя с момента избрания Сочи местом проведения Олимпиады пошел уже четвертый год), администрация Краснодарского края и подчиненная ей сочинская мэрия зашли с другой стороны, начав продвигать проект полигона ТБО.
Мало того, что эта инициатива сводила на нет идею Zero Waste, из самого названия которой следует, что она предполагает избавление от отходов путем их глубокой сортировки и переработки, а не размножение новых свалок, так она еще и изначально находилась вне правового поля.
Вся территория города Сочи — это федеральный курорт. Действующий СанПиН категорически запрещает размещать полигоны ТБО во всех без исключения зонах охраны курорта (пункт 3.1 “Гигиенических требований к устройству и содержанию полигонов для твердых бытовых отходов”). Т.е. в каком бы месте Cочи ни предполагалось создать новую свалку, разместить ее на законных основаниях невозможно. Можно только сортировать мусор и вывозить его за пределы курорта для последующей переработки.
Но что такое федеральное законодательство, когда на кону полтора миллиарда бюджетных рублей, которые нужно срочно “осваивать”? Полигон ТБО еще в прошлом году был включен в утвержденный Генеральный план Сочи. Для его размещения была выбрана площадка в трех километрах от поселка Буу Лазаревского района, в междуречье рек Буу и Хобза. Эта территория, как ясно видно на схеме зон горно-санитарной охраны курорта Сочи, попадает в третью зону. Причем расстояние от нижней точки предполагавшегося полигона до ближайших жилых домов составляло всего 250 метров, а до рек Буу и Хобза, впадающих в Черное море в районе железнодорожной платформы “Лесная”, — лишь 150 метров.
Когда весной 2010 года стало известно, что проект полигона проходит согласования и уже отобран подрядчик строительства — ОАО «Тоннельный отряд 44″, жители поселков Лоо, Верхнее и Нижнее Буу, Вардане, Верхняя и Нижняя Хобза забили тревогу. 20 марта 2010г. жители поселков Вардане и Верхнее Буу на сходе против строительства полигона собрали почти 1200 подписей.
Митинги и сходы обеспокоенных жителей продолжались весь апрель, пока инициативная группа жителей Вардане и Вернего Буу не была приглашена в администрацию Сочи на заседание городского комитета по коммунальному хозяйству. Там жители смогли, наконец, напрямую донести до городских начальников свою позицию и тот факт, что проектирование и строительство полигона заведомо незаконны.
Однако уже на следующий день — 29 апреля 2010 года на сессии Городского собрания Сочи большинством голосов был утвержден инвестиционный проект ОАО «Сочинский мусороперерабатывающий комплекс». Причем на тот момент ни положительного заключения экологической экспертизы, ни даже геологического заключения этот “проект” не имел. Это подтверждали официальные лица, например, в интервью.
Но даже на этом цепочка беззаконий не прервалась. Последние скандальные события показали, что порочная причинно-следственная связь еще толком и не начиналась…
Недавние события 3 сентября развивались следующим образом. На этот день в селе был запланирован праздник урожая, традиционно отмечаемый в здешних краях сразу по окончании курортного сезона. С раннего утра в Буу потянулись жители окрестных сел и сразу же заподозрили неладное: на въезде в село стояла строительная техника, ПАЗик с рабочими и курсировало несколько милицейских патрульных машин.
По селу пошли слухи: техника прибыла для того, чтобы произвести геологические изыскательские работы на месте будущего полигона, но почему-то не там, где его изначально планировали разместить, а в… самом селе Буу. Местные жители повалили на дорогу, где стояла техника, чтобы потребовать от рабочих объяснений. Естественным образом, совершенно спонтанно людской поток заблокировал дорогу. В общей сложности, на окраине Буу собралось от 300 до 500 человек.
Для переговоров с митингующими прибыл начальник управления жилищно-коммунального хозяйства Сочи Андрей Лаптев. Он подтвердил, что геологические изыскания будут проводиться в самом селе Буу, и что якобы это место под строительство полигона «уже утверждено, и никто не будет его переносить». При этом Лаптев проговорился, что на поиск альтернативных площадок «уже нет времени».
Жители Буу сочли эти доводы издевательскими и заявили, что не уйдут с дороги и не пропустят технику. Представители сочинской администрации были готовы к такому повороту событий. К месту противостояния были стянуты автобусы с ОМОНом и дополнительные наряды милиции (ходили слухи, что стягивали и подразделения внутренних войск, однако официального подтверждения они не получили). В небе над селом Буу появился вертолет…
Сначала оттеснить митингующих с дороги попыталась милиция, когда попытка провалилась, за дело взялись омоновцы в экипировке для разгона массовых акций. Пущенные в ход дубинки сделали свое дело: толпа дрогнула и стала редеть, а уже после того, как милиция задержала самых активных протестующих, стало ясно, что «держать оборону» у жителей уже не получится.
Сопровождаемая милицией бурильная техника и автобус с рабочими после обеда все же проследовал к месту проведения работ. Шестерых участников стихийной акции протеста мировой суд в поселке Дагомыс обязал выплатить штраф, а житель села Нижнее Буу Карпо Маркарян был приговорен к пяти суткам ареста.
Инициативная группа сочинцев, несогласных с размещением полигона ТБО в селе Верхнее Буу, уже заявила, что будет обжаловать действия администрации и Городского собрания Сочи в суде.
События, происходящие на наших глазах в Сочи, еще раз показывают, что чиновники готовы к явному нарушению закона ради собственных корыстных интересов по «осваиванию» олимпийских денег. Иначе никак нельзя объяснить намерение строить этот олимпийский объект на территории села, что идет вразрез не только с действующим природоохранным законодательством и федеральными санитарными нормами, но также противоречит принятому Генплану города Сочи. Подобные действия способствуют дальнейшему снижению популярности Олимпийских игр 2014 года у населения Сочи, обострению и без того непростых отношений местных жителей и властей города.
